История Виктора Б

Здравствуйте. Меня зовут Виктор, я — алкоголик.

Моё активное употребление началось примерно в возрасте 15–16 лет. Тогда мне казалось, что алкоголь — это способ быть «на уровне» с окружающими. Мне важно было соответствовать, быть своим, не выбиваться из коллектива.

Сначала всё выглядело вполне управляемо: я контролировал количество, выбирал, что и как пить. Но со временем начал замечать, как алкоголь постепенно подминает под себя мою волю, как границы допустимого начинают размываться, и я всё чаще оказываюсь в ситуациях, где управления нет вовсе.

Началось то, что в программе называют личным безумием. Я начал терять близких людей, доверие, работу. Частая смена мест работы, регулярные увольнения за халатность, прогулы после запоев — стали нормой. Я уже не управлял ничем: ни своим временем, ни действиями, ни последствиями.

Сценарий повторялся по шаблону:

употребление → срыв → запой → похмелье → стыд → самобичевание → обещания «больше никогда» → тяга → срыв снова.

Я пытался выбраться: ложился в больницы, капался, лечился, кодировался. Один раз продержался в трезвости полтора года. Тогда я начал верить, что «проблема решена» и я снова смогу пить «как все» — умеренно. Но всё вернулось на круги своя, и стало даже хуже: срывы глубже, последствия тяжелее.

За годы употребления я прошёл многое: больницы, судимости, попытки суицида, потерю смысла жизни, безнадёжность. И в какой-то момент я понял: дно пробито, и под ним — ещё глубже.

Тогда я признал своё полное бессилие перед алкоголем.

Признал, что моя жизнь стала неуправляемой. Не только внешне, но и внутри: я не мог контролировать свои мысли, чувства, желания, действия. Я жил в состоянии постоянной тревоги, тяги и разрушения.

Когда я впервые пришёл на группу, я услышал простую, но глубокую вещь:
«Ты не виноват, что болен. Но ты ответственен за своё выздоровление».

Я начал проходить шаги. Сначала формально. Нашёл спонсора, начал работу. Потом сорвался. Мой ум снова убедил меня, что я всё понял, теперь справлюсь сам. Я послушал — и оказался в ещё худшем состоянии.

И тогда я понял: я не глупый — я больной. И болезнь эта — смертельная.

Позже, переехав в другую страну, я нашёл нового спонсора и начал работать по-настоящему: без манипуляций, без игры в «я сам справлюсь».
Шаг за шагом, через молитву, инвентаризацию, честность — я начал меняться.

Я стал различать, где мои границы, а где — чужие. Я перестал спасать всех подряд. Научился останавливаться, когда накрывает, и не уходить в саможалость или обиду.

Появилось чувство покоя — не эйфория, а устойчивость и ясность. Теперь у меня есть инструменты: ежедневная инвентаризация, контакт с Богом, связь с сообществом, опыт других.
И главное — у меня больше нет иллюзий, что я справлюсь один.

Я знаю, что у меня хроническая, прогрессирующая и смертельная болезнь — алкоголизм. И я больше не хочу с ней бороться в одиночку. Бог привёл меня в эту программу. Он дал мне шанс. Никто другой не справился бы с этой задачей.

Теперь моя задача — оставаться в программе и передавать свой опыт таким же нуждающимся.